Договор по ядерным вопросам

Конвенции и соглашения

Соглашение о регулировании взаимоотношений между ООН и Подготовительной комиссией Организации по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний

Принято резолюцией 54/280 Генеральной Ассамблеи от 15 июня 2000 года

Организация Объединенных Наций и Подготовительная комиссия Организации по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний,

принимая во внимание соответствующие положения Устава Организации Объединенных Наций (ниже именуемого «Устав») и Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний 1 (ниже именуемого «Договор»),

принимая во внимание также резолюцию CTBT/MSS/RES/1 совещания государств, подписавших Договор, от 19 ноября 1996 года (ниже именуемую «Резолюция»), в которой учреждается Подготовительная комиссия Организации по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ниже именуемая «Комиссия»),

напоминая, что согласно Уставу Организация Объединенных Наций является основной организацией по решению вопросов, касающихся поддержания международного мира и безопасности, и центром для согласования действий наций в достижении целей, указанных в Уставе,

напоминая также о соответствующих положениях Договора, в которых предусматривается сотрудничество между Организацией Объединенных Наций и Организацией по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний,

отмечая, что в соответствии с Резолюцией Комиссия была учреждена для целей проведения необходимой подготовки к эффективному осуществлению Договора,

признавая, что деятельность Комиссии, осуществляемая в соответствии с Договором и Резолюцией, будет способствовать реализации целей и принципов, воплощенных в Уставе,

стремясь обеспечить взаимовыгодные взаимоотношения, благодаря которым можно было бы облегчить выполнение их соответствующих функций,

отмечая, что в резолюции 54/65 Генеральной Ассамблеи от 6 декабря 1999 года и в решении Комиссии от 29 апреля 1999 года 2 предусматривается заключение соглашения о регулировании взаимоотношений между Организацией Объединенных Наций и Комиссией,

договорились о нижеследующем:

Общие положения

1. Организация Объединенных Наций признает Комиссию в качестве организации, поддерживающей рабочие отношения с Организацией Объединенных Наций, как это определяется настоящим Соглашением, и имеющей согласно Резолюции статус международной организации, полномочия на ведение переговоров и заключение соглашений и такую другую правоспособность, которая необходима для выполнения ее функций и достижения ее целей.

2. Комиссия признает обязанности Организации Объединенных Наций по Уставу, в частности в области международного мира и безопасности и экономического и социального, культурного и гуманитарного развития, защиты и охраны окружающей среды и мирного урегулирования споров.

3. Комиссия обязуется осуществлять свою деятельность в соответствии с целями и принципами, воплощенными в Уставе, и с должным учетом политики Организации Объединенных Наций, способствующей реализации этих целей и принципов.

Сотрудничество и координация

1. Организация Объединенных Наций и Комиссия, признавая необходимость совместной работы для достижения своих общих целей и стремясь способствовать эффективному осуществлению своих функций, договариваются о тесном сотрудничестве, проведении консультаций и поддержании тесных рабочих отношений по вопросам, представляющим взаимный интерес. С этой целью Организация Объединенных Наций и Комиссия сотрудничают между собой согласно положениям их соответствующих уставных документов.

2. С учетом функций Комиссии в соответствии с Резолюцией Организация Объединенных Наций и Комиссия, в частности, сотрудничают в вопросах осуществления следующих положений Договора:

a) пункта 13 статьи II Договора, касающегося созыва Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций как депозитарием Договора первоначальной сессии Конференции государств-участников Договора;

b) статьи XIV Договора, касающейся созыва депозитарием, по просьбе большинства государств, которые уже сдали на хранение свои ратификационные грамоты, конференций для рассмотрения и решения консенсусом вопроса о том, какие меры, совместимые с международным правом, могут быть приняты для ускорения процесса ратификации с целью содействовать скорейшему вступлению в силу Договора.

3. Комиссия в рамках своей компетенции и в соответствии с положениями Договора сотрудничает с Организацией Объединенных Наций путем предоставления ей по ее просьбе такой информации и помощи, которые могут потребоваться при осуществлении ее функций согласно Уставу. В случае представления конфиденциальной информации Организация Объединенных Наций обеспечивает конфиденциальность такой информации.

4. Организация Объединенных Наций и Комиссия признают необходимость обеспечения, когда это возможно, эффективной координации мероприятий и услуг Организации Объединенных Наций и Комиссии в целях недопущения ненужного дублирования таких мероприятий и услуг, в частности в том, что касается общего обслуживания в Венском международном центре.

5. Секретариат Организации Объединенных Наций и Временный технический секретариат Комиссии поддерживают тесные рабочие взаимоотношения по вопросам, представляющим взаимный интерес, в соответствии с такими соглашениями, которые могут заключаться время от времени.

6. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций и Исполнительный секретарь Комиссии время от времени консультируются друг с другом по вопросам, касающимся их соответствующих обязанностей, и в частности по таким административным механизмам, которые могут понадобиться для того, чтобы Организация Объединенных Наций и Комиссия эффективно выполняли свои функции и чтобы обеспечить эффективное сотрудничество и связь между Секретариатом Организации Объединенных Наций и Временным техническим секретариатом Комиссии.

Взаимное представительство

1. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций или его представитель может посещать сессии Комиссии и участвовать в их работе без права голоса и с учетом правил процедуры и практики соответствующих органов, в заседаниях других органов, которые могут созываться Комиссией, когда на них рассматриваются вопросы, представляющие интерес для Организации Объединенных Наций.

2. Исполнительный секретарь Комиссии может посещать пленарные заседания Генеральной Ассамблеи для целей консультации. Исполнительный секретарь может посещать заседания комитетов Генеральной Ассамблеи и участвовать в их работе без права голоса и, с учетом правил процедуры и практики соответствующих органов, в заседаниях вспомогательных органов Генеральной Ассамблеи и комитетов по вопросам, представляющим интерес для Комиссии. Когда другие главные органы Организации Объединенных Наций рассматривают вопросы, имеющие отношение к деятельности Комиссии, по приглашению такого органа Исполнительный секретарь может участвовать в его заседаниях для представления информации или оказания другого содействия по вопросам, отнесенным к кругу ведения Комиссии. Исполнительный секретарь может, для целей настоящего пункта, назначить любое лицо своим представителем.

3. Письменные заявления, представляемые Организацией Объединенных Наций Комиссии для распространения, препровождаются Временным техническим секретариатом Комиссии всем членам соответствующего органа или органов Комиссии. Письменные заявления, представляемые Комиссией Организации Объединенных Наций для распространения, препровождаются Секретариатом Организации Объединенных Наций всем членам соответствующего органа или органов Организации Объединенных Наций.

1. Комиссия в рамках своих полномочий и в соответствии с положениями Договора информирует Организацию Объединенных Наций о своих мероприятиях и может представлять через Генерального секретаря Организации Объединенных Наций доклады о них на регулярной основе или специальные доклады соответствующим главным органам Организации Объединенных Наций.

2. Когда Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций представляет Организации Объединенных Наций доклады о совместных мероприятиях Организации Объединенных Наций и Комиссии или о развитии взаимоотношений между ними, каждый такой доклад оперативно препровождается Генеральным секретарем Комиссии.

3. Когда Исполнительный секретарь Комиссии представляет Комиссии доклады о совместных мероприятиях Комиссии и Организации Объединенных Наций или о развитии взаимоотношений между ними, каждый такой доклад оперативно препровождается Исполнительным секретарем Организации Объединенных Наций.

Резолюции Организации Объединенных Наций

Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций препровождает Исполнительному секретарю Комиссии резолюции, принятые главными органами Организации Объединенных Наций по вопросам, касающимся Договора и Резолюции. После их получения Исполнительный секретарь доводит соответствующие резолюции до сведения Комиссии и, когда это необходимо, направляет Организации Объединенных Наций отчет о любых мерах, принятых Комиссией.

Пункты повестки дня

1. Организация Объединенных Наций может вносить пункты повестки дня на рассмотрение Комиссии. В таких случаях Организация Объединенных Наций уведомляет Исполнительного секретаря Комиссии о соответствующем пункте или пунктах повестки дня, а Исполнительный секретарь, согласно своим полномочиям и соответствующим правилам процедуры, доводит любой такой пункт или пункты повестки дня до сведения Комиссии.

2. Комиссия может вносить пункты повестки дня на рассмотрение Организации Объединенных Наций. В таких случаях Комиссия уведомляет Генерального секретаря Организации Объединенных Наций о соответствующем пункте или пунктах повестки дня, а Генеральный секретарь, согласно своим полномочиям и соответствующим правилам процедуры, доводит любой такой пункт или пункты до сведения соответствующих главных органов Организации Объединенных Наций.

Обмен информацией и документами

1. Организация Объединенных Наций и Комиссия обеспечивают обмен информацией, публикациями и документами, представляющими взаимный интерес.

2. Во исполнение обязанностей, возложенных на него статьей XVI Договора и с учетом обязанностей Комиссии согласно пункту 18 Резолюции, Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций препровождает Комиссии копии сообщений, полученных Генеральным секретарем в качестве депозитария Договора.

3. Комиссия, по мере возможности, представляет данные специальных исследований или информацию, запрошенные Организацией Объединенных Наций. Представление таких данных и информации обеспечивается при соблюдении условий, изложенных в статье XII настоящего Соглашения.

4. Организация Объединенных Наций, по мере возможности, также представляет Комиссии по просьбе последней данные специальных исследований или информацию по вопросам, отнесенным к кругу ведения Комиссии. Представление таких данных и информации обеспечивается при соблюдении условий, изложенных в статье XII настоящего Соглашения.

5. Организация Объединенных Наций и Комиссия прилагают все усилия для обеспечения максимального сотрудничества в целях недопущения нежелательного дублирования при сборе, анализе, публикации и распространении информации по вопросам, представляющим взаимный интерес. Они будут стремиться объединять, когда это необходимо, свои усилия с целью обеспечить, чтобы такая информация была исключительно полезной и использовалась как можно шире и чтобы максимально облегчить бремя, лежащее на правительствах и других международных организациях, от которых может поступать такая информация.

Международный Суд

Комиссия соглашается при условии соблюдения того порядка, который она может установить, чтобы гарантировать конфиденциальность информации, направлять любую информацию, которая может быть запрошена Международным Судом в соответствии со статутом Суда.

Пропуск Организации Объединенных Наций

Организация Объединенных Наций признает, что в связи с особым и универсальным характером деятельности Комиссии, как это определено в Резолюции, должностные лица Комиссии в соответствии со специальными соглашениями, которые могут быть заключены между Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций и Исполнительным секретарем Комиссии, имеют право пользоваться пропуском Организации Объединенных Наций в качестве действительного проездного документа, когда такое его использование признается государствами в документах или соглашениях, определяющих привилегии и иммунитеты членов Комиссии.

Кадровые вопросы

1. Организация Объединенных Наций и Комиссия соглашаются консультироваться, когда это необходимо, по представляющим общий интерес вопросам, касающимся условий использования персонала.

2. Организация Объединенных Наций и Комиссия соглашаются сотрудничать в вопросах обмена персоналом с учетом национальной принадлежности к подписавшим Договор государствам и определять условия такого сотрудничества в дополнительных соглашениях, которые будут заключаться с этой целью в соответствии со статьей XV настоящего Соглашения.

Смотрите так же:  Заявление р21001 в формате excel

Бюджетные и финансовые вопросы

1. Комиссия признает целесообразность налаживания с Организацией Объединенных Наций сотрудничества по бюджетно-финансовым вопросам, с тем чтобы Комиссия могла воспользоваться опытом, накопленным Организацией Объединенных Наций в этой сфере, и обеспечивать, когда это практически возможно, согласованность административного функционирования обеих организаций в данной области.

2. При условии соблюдения положений статьи XII настоящего Соглашения Организация Объединенных Наций может организовывать проведение исследований по бюджетно-финансовым вопросам, представляющим интерес для Комиссии, в целях обеспечения, когда это практически возможно, координации и согласованности в решении таких вопросов.

3. Комиссия соглашается придерживаться, когда это практически возможно и целесообразно, стандартной бюджетной и финансовой практики и форм, применяемых в Организации Объединенных Наций.

Издержки и расходы

Издержки и расходы в связи с любым сотрудничеством или предоставлением услуг в соответствии с настоящим Соглашением регулируются отдельными соглашениями между Организацией Объединенных Наций и Комиссией.

Защита конфиденциальности

При условии соблюдения положений пунктов 1 и 3 статьи II ничто в настоящем Соглашении не может толковаться как требующее либо от Организации Объединенных Наций, либо от Комиссии представлять такие материалы, данные и информацию, направление которых могло бы, по их мнению, потребовать от них нарушений принципов, которых они придерживаются в отношении конфиденциальности такой информации.

Как Организация Объединенных Наций, так и Комиссия может зарегистрировать настоящее Соглашение в Организации Объединенных Наций.

Осуществление Соглашения

Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций и Исполнительный секретарь Комиссии могут заключать такие дополнительные соглашения по осуществлению настоящего Соглашения, которые они сочтут целесообразными.

В настоящее Соглашение могут вноситься поправки по взаимному согласию между Организацией Объединенных Наций и Комиссией. Любая поправка, как только она согласована, вступает в силу после ее утверждения Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций и Комиссией.

Вступление в силу

Настоящее Соглашение вступает в силу после его утверждения Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций и Комиссией.

В УДОСТОВЕРЕНИЕ ЧЕГО нижеподписавшиеся, должным образом уполномоченные на то представители Организации Объединенных Наций и Подготовительной комиссии Организации по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, подписали настоящее Соглашение.

СОВЕРШЕНО в Нью-Йорке двадцать шестого мая двухтысячного года в двух подлинных экземплярах на английском языке.

Организация Объединенных Наций:
Кофи А. Аннан
Генеральный секретарь

Подготовительная комиссия по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний:
Вольфганг Хоффманн
Исполнительный секретарь

Министерство иностранных дел Российской Федерации

Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО)

Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) был открыт для подписания 1 июля 1968 г. и вступил в силу 5 марта 1970 г. Его членами являются 191 государство. Договор не подписали Индия, Пакистан, Израиль и Южный Судан. О выходе из ДНЯО в 2003 г. заявила КНДР, однако многие государства исходят из того, что выход был оформлен неверно с юридической точки зрения. В этой связи Секретариат ООН продолжает рассматривать КНДР как страну-участницу ДНЯО.

1 июля 2018 г. исполнилось 50 лет со дня открытия для подписания ДНЯО. По случаю этой даты в Москве и Вашингтоне состоялись конференции в его поддержку. Было сделано совместное заявление мининдел трех депозитариев Договора (Великобритания, Россия и США) о важнейшем вкладе ДНЯО в обеспечение международной безопасности и стабильности и сохраняющейся актуальности этого Договора на сегодняшний день.

Каждые пять лет созывается Конференция по рассмотрению действия Договора, целью которой является обзор функционирования всех положений ДНЯО, а также согласование перечня рекомендаций по укреплению Договора.

На Обзорной конференции 2015 г. принятие итогового документа было заблокировано делегациями США, Великобритании и Канады. Для них неприемлемым стало отсутствие в разделе по Ближнему Востоку, который был подготовлен на основе российских предложений, права вето на проведение Конференции по созданию на Ближнем Востоке зоны, свободной от ядерного и других видов оружия массового уничтожения (ЗСОМУ) у трех соавторов резолюции 1995г. (данное положение позволяло бы при необходимости заблокировать проведение Конференции, что было важно для Израиля).

23 апреля – 4 мая 2018 г. в Женеве состоялась вторая сессия Подготовительного комитета (ПК-2) Обзорной конференции 2020 г. по ДНЯО.

Как показала сессия, противоречия по таким вопросам как ядерное разоружение и создание на Ближнем Востоке зоны, свободной от ядерного и других видов оружия массового уничтожения (ЗСОМУ), сохранились и где-то даже усилились. Проявились также новые тенденции, в числе которых попытки использовать обзорный процесс ДНЯО в качестве «трибуны» для оказания политического давления на отдельные государства, а также привнесение на площадку ДНЯО тем, не имеющих отношения к Договору.

В ходе ПК-2 российская делегация делала ставку на сбалансированный подход к рассмотрению трех основных составляющих ДНЯО – ядерное нераспространение, разоружение и мирное использование атомной энергии. Совместно с КНР выступили с заявлением в поддержку СВПД.

Третья сессия ПК состоится 29 апреля – 10 мая 2019 г. в Нью-Йорке. На пост председателя сессии одобрена кандидатура Постпреда Малайзии при ООН в Нью-Йорке М.Якоба.

Договор по ядерным вопросам

Пока мир следил за первым рукопожатием президентов Трампа и Путина, 7 июля 122 государства — члена ООН проголосовали за принятие Конвенции о запрещении ядерного оружия. Документ откроется для подписания в сентябре и вступит в силу после ратификации пятью десятками стран.

Новый договор предусматривает полный запрет на ядерное оружие, в отличие от существующего положения вещей, когда пять государств (Россия, США, Великобритания, Франция и Китай), являющиеся также постоянными членами Совета Безопасности ООН, обладают ядерным оружием законно. Главный документ, регулирующий эту сферу сегодня, Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), обязывает ядерные государства только «вести переговоры об эффективных мерах по ядерному разоружению».

Многие неядерные государства обвиняли ядерную пятерку в том, что даже эти обязательства они не выполняют. В 2014 году Маршалловы острова даже подали иск к обладателям ядерного оружия в Международный суд ООН, но в прошлом году суд заявил, что вопрос не относится к его юрисдикции.

Ядерные державы традиционно отвергают аргументы сторонников запрета, указывая на значительное сокращение ядерных арсеналов за последние десятилетия и опасаясь подрыва существующей системы нераспространения. Директор департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружением МИД России Михаил Ульянов отмечал, что «любая попытка «улучшить» ДНЯО может привести к его краху — слишком хрупкая это конструкция, слишком многоплановы противоречия между его государствами-участниками».

Ядерное оружие продолжает играть важнейшую роль в обеспечении безопасности его обладателей и их союзников. Поэтому неудивительно, что в выработке договора не участвовали и вступать в него отказались все государства, обладающие ядерным оружием официально или неофициально, все члены НАТО, азиатские союзники США и все члены ОДКБ кроме Казахстана. Лагерь сторонников договора включает преимущественно страны Африки, Латинской Америки, Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии и Океании.

Хотя ядерные государства не участвовали в выработке договора, их присутствие явно чувствовалось в коридорах ООН: из черновиков Конвенции исчезли упоминания о использовании МАГАТЭ для верификации разоружения в рамках договора (ядерная пятерка недвусмысленно дала понять, что она этого не допустит), а ДНЯО был признан краеугольным камнем режима нераспространения. Такой подход, с одной стороны, снижал потенциал для будущих конфликтов, а с другой все больше смещал Конвенцию в сторону декларативного документа. Учитывая, что новый договор будет обязателен к выполнению только для его безъядерных участников, можно посчитать его значение ничтожным. Однако это не так.

Инициаторы договора считают, что его принятие заставит ядерные государства внимательнее относиться к своим обязательствам в отношении разоружения. Согласно Конвенции, государства-члены обязуются не разрабатывать и не приобретать ядерное оружие или владеть им, передавать или получать ядерное оружие или контроль над ним; а также помогать и получать помощь в деятельности, нарушающей Конвенцию. Государства также обязуются запретить на своей территории или в пределах своей юрисдикции размещение или развертывание ядерного оружия и ядерные испытания.

Интересно, что уже упомянутые Маршалловы острова сдают США в аренду (оформлена до 2066 года) одиннадцать островов атолла Кваджалейн для использования в качестве испытательного полигона для баллистических ракет, включая несколько типов ракет с исключительно ядерными боеголовками. Испытание таких ракет можно считать нарушающей Конвенции. Эксперты уже отметили, что в этом случае у Маршалловых островов остается три варианта: расторгнуть аренду с США, не подписывать Конвенцию или подписать ее и тут же нарушить.

Другим потенциально конфликтным вопросом станет размещение ядерного оружия в юрисдикции неядерных государств. Можно ожидать ожесточенных юридических споров о том, входит ли в это определение транзит. После того как в 1987 году Новая Зеландия приняла закон, запрещающий нахождение на ее территории ядерного оружия, флот Соединенных Штатов, официально не сообщающий, несут ли его корабли ядерные боеголовки, не заходил в территориальные воды страны в течение тридцати с лишним лет. То же может коснуться судов других ядерных государств — Вьетнам, предоставляющий России возможность для обслуживания и ремонта подводных лодок на базе Камрань, голосовал за принятие Конвенции.

Конечно, данный случай не первый, в котором обязательства в области разоружения сталкиваются с национальными интересами. Казахстан, являющийся крупным поставщиком урана, уже является участником зоны, свободной от ядерного оружия, в Центральной Азии. Согласно договору о создании зоны, его участники обязуются «не предпринимать действий для оказания содействия в производстве, накоплении или обладании любым ядерным оружием». Тем не менее это обязательство не помешало Астане наладить поставки урана в Индию, не являющуюся членом ДНЯО и создавшей военную ядерную программу.

Наиболее жесткие предложения, которые могли бы доставить заметные неудобства ядерным государствами и их союзникам, не были поддержаны большинством государств. Среди подобных предложений был запрет на финансирование ядерного оружия (подобный механизм действует сейчас в отношении кассетных боеприпасов), который мог бы привести к запрету на сотрудничество с компаниями, его производящими (включая российский Росатом). В ходе подготовительных переговоров также высказывалось предложение использовать количественное преимущество сторонников разоружения для блокирования избрания в органы ООН (включая непостоянных членов Совета Безопасности) государств, выступающих против запрета ядерного оружия.

Тем не менее для большинства неядерных государств вопросы ядерного разоружения не являются приоритетными. Учитывая, что ядерная пятерка и их союзники являются ведущими государствами мира (это 13 членов G20, около 60% населения и 80% ВВП планеты), игнорировать их фундаментальные интересы у антиядерной коалиции вряд ли получится.

Заявление Североатлантического совета о Договоре о запрещении ядерного оружия

В Варшаве в июле 2016 Североатлантический союз определил четкие позиции по вопросам ядерного сдерживания и ядерного разоружения:

«Страны НАТО подчеркивают свою твердую приверженность полномерному выполнению Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Североатлантический союз вновь подтверждает свою решимость стремиться к созданию более безопасного мира для всех и созданию условий, необходимых для мира без ядерного оружия, в полном соответствии с ДНЯО, в том числе статьей VI, таким образом, чтобы эта работа велась постепенно, поддавалась проверке, способствовала международной стабильности и была основана на принципе ненанесения ущерба ничьей безопасности. Страны НАТО вновь заявляют о своей приверженности продвижению вперед на пути к достижению целей и выполнению задач ДНЯО по трем взаимно дополняющим направлениям: ядерное разоружение, нераспространение и мирное использование атомной энергии».

Относительно преобладающих условий международной безопасности они отметили далее:

Смотрите так же:  Налоговый вычет по ндфл в 2009

«По окончании “холодной войны” НАТО существенно сократила количество ядерного оружия, размещенного в Европе, и важное место, закрепленное за ядерным оружием в стратегии НАТО. Мы по-прежнему привержены участию в создании условий для дальнейших сокращений в будущем на основе взаимности, признавая тот факт, что прогресс в деле контроля над вооружениями и разоружения должен учитывать преобладающие условия международной безопасности. Мы сожалеем о том, что сложившиеся сегодня условия не благоприятствуют достижению разоружения».

Стремление запретить ядерное оружие в рамках договора, в котором не участвуют государства, фактически обладающие ядерным оружием, не будет эффективным, не сократит ядерные арсеналы, а также не укрепит ни безопасность стран, ни международный мир и стабильность. Действительно, этот договор рискует привести к обратному эффекту, создавая разногласия и расхождения в тот момент, когда более, чем когда-либо требуется единый подход к вопросу распространения и угрозам безопасности.

Договор о запрещении противоречит существующей архитектуре в области нераспространения и разоружения. Он грозит подорвать не только ДНЯО, который занимает центральное место в глобальных усилиях по нераспространению и разоружению в течение почти 50 лет, но и поддерживающий ДНЯО режим гарантий МАГАТЭ. Вызванный Северной Кореей кризис подчеркивает важность сохранения и укрепления существующих рамок ДНЯО.

Договор о запрещении, по нашему мнению, не принимает во внимание реалии все более сложной международной обстановки в области безопасности. В то время, когда миру необходимо сохранять единство перед лицом растущих угроз, в частности серьезной угрозы, исходящей от ядерной программы Северной Кореи, договор не учитывает эти неотложные вызовы безопасности.

Основополагающая цель ядерного потенциала НАТО – сохранение мира, недопущение принуждения и сдерживание агрессии. Цель стран НАТО – укрепить сдерживание как основную составляющую нашей коллективной обороны и внести вклад в обеспечение неделимой безопасности Североатлантического союза. До тех пор, пока существует ядерное оружие, НАТО будет оставаться ядерной союзнической организацией.

Мы призываем наших партнеров и все страны, которые рассматривают возможность поддержки этого договора, всерьез задуматься о его последствиях для международного мира и безопасности, в том числе для ДНЯО.

Сохраняя приверженность укреплению безопасности посредством сдерживания, обороны, разоружения, нераспространения и контроля над вооружениями, мы, страны Североатлантического союза, не можем поддержать этот договор. Поэтому правовые обязательства наших стран в отношении ядерного оружия останутся без изменений. Таким образом, мы не согласимся с какими-либо доводами о том, что это договор отражает развитие обычного международного права или каким бы то ни было образом способствует ему.

Директор департамента МИД РФ об отказе России присоединиться к Договору о запрещении ядерного оружия

В Нью-Йорке во вторник открылась 72-я сессия Генассамблеи ООН. Одним из ее ключевых событий станет открытие 20 сентября к подписанию Договора о запрещении ядерного оружия (ДЗЯО), одобренного большинством членов Генассамблеи в июле. О том, почему Россия выступает категорически против этого документа, директор департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД РФ Михаил Ульянов рассказал корреспонденту “Ъ” Елене Черненко.

— В целом идея запретить ядерное оружие звучит здраво и с моральной точки зрения весьма привлекательно. Почему Россия выступает против этого договора?

— Он противоречит национальным интересам России и нашему видению того, как следует продвигаться по пути ядерного разоружения. Мы всегда подтверждали, что разделяем цель построения безъядерного мира, неоднократно присоединялись к политически обязывающим декларациям на этот счет, но неизменно подчеркивали, что это долгосрочная цель, движение к которой должно быть поэтапным, и что работа в этом направлении должна вестись в условиях укрепления стратегической стабильности и с учетом национальных интересов безопасности всех стран, включая, разумеется, Россию.

По сути дела вопрос состоит в том, как и когда освобождаться от ядерных арсеналов, как и когда вводить запрет на ядерное оружие. Наверное, на каком-то этапе такой запрет станет целесообразным, но это произойдет на одной из последних стадий процесса ядерного разоружения — чтобы обеспечить необратимость достигнутых результатов. Сейчас ставить вопрос о запрещении ядерного оружия явно преждевременно.

Но здесь нужно сделать одно уточнение: когда в прошлом году на Генеральной ассамблее ООН принималось решение о проведении переговоров по этой теме, было четкое впечатление, что речь идет о введении тотального запрета на ядерные вооружения в планетарных масштабах. На самом деле, как стало понятно при ознакомлении с окончательным текстом проекта договора, в нем этого нет. Переговорщики все-таки поумерили амбиции. Согласованные ими запретительные меры распространяются исключительно на государства-участники нового соглашения. На Россию новый договор никаких обязательств не накладывает.

— Даже когда он вступит в силу?

Россия не собирается обсуждать всерьез глобальный запрет на ядерное оружие

— Да, его действие будет распространяться только на тех, кто его подпишет и ратифицирует. К нам это не относится.

На ядерные державы наверняка будет оказываться политическое давление, нас будут призывать присоединиться к договору, но, повторю, ни одно из его положений Россию ни к чему не обязывает. И ядерное оружие вне закона в глобальных масштабах договором не провозглашается.

— То есть с точки зрения России он не такой плохой, как изначально ожидалось?

— Пожалуй, так. Но и полезным его не назовешь. Хотя бы потому, что он углубляет и цементирует водораздел между ядерными и так называемыми зонтичными (то есть находящимися под «ядерным зонтиком») государствами, с одной стороны, и остальными участниками Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО, подписан в 1968 году, РФ является его членом), с другой. Это может иметь крайне негативные последствия для целостности режима ядерного нераспространения.

Стоит также отметить, что если гипотетически Россия или какая-то иная ядерная держава вдруг примет решение освободиться от ядерных арсеналов и присоединиться к ДЗЯО, то тогда в соответствии с этим договором она должна осуществить целый ряд шагов: от объявления запасов оружия и снятия их с боевого дежурства до достижения соглашения с неким пока неизвестным компетентным международным органом относительно плана работ по уничтожению. Это предполагает регулярную отчетность о проделанной работе, а также почти неизбежные понукания в адрес разоружающейся ядерной державы, если она выбивается из графика, и так далее, и тому подобное.

Вам это нравится? Мне нет. Если предположить, что на каком-то этапе в Москве будет сочтено целесообразным подсократить ядерные арсеналы сверх того, о чем идет речь в нынешнем российско-американском Договоре о сокращении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ), то с практической точки зрения делать это надо либо на основе национальных решений, либо — лучше — на основе соглашения с другими обладателями ядерного оружия. А ставить себя под столь жесткий контроль со стороны пока еще неведомого компетентного международного органа, мне лично разумным не кажется.

— Инициаторы Договора о запрещении ядерного оружия говорят, что ведущие ядерные страны слишком мало делают для разоружения, а некоторые ядерные государства (в том числе и неофициальные) только наращивают свои арсеналы. При этом ДНЯО обязывает государства стремиться к сокращению и уничтожению своих ядерных запасов. Может, сторонники радикальных мер правы и ДНЯО недостаточно эффективен?

— Тезис о том, что для разоружения делается мало,— совершенно ложный, по крайней мере в том, что касается России и США, нашего главного партнера в процессе сокращения ядерных арсеналов. На самом деле в этой сфере сделано очень много.

За 30 лет с 1987 года, когда был подписан Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), Россия и США сократили примерно по 85% своих ядерных арсеналов, то есть в четыре с лишним раза. Кроме того, в рамках односторонних президентских инициатив начала 90-х годов мы сократили три четверти запасов нестратегического ядерного оружия.

Как в ООН убеждали США ратифицировать соглашение о запрете ядерных испытаний

Наконец, приведу еще две цифры. На обзорных конференциях по выполнению ДНЯО ядерные державы обычно отчитываются о проделанной работе по разоружению. Так вот: на обзорной конференции 2010 года мы сообщили, что у России имеется 3900 оперативно развернутых ядерных боезарядов, а уже на следующей конференции в 2015 году объявили, что их число сократилось до 1582. То есть всего за пять лет — в два с половиной раза. Разве это «очень медленно» и «мало»? Ведь это огромный труд и большие финансовые затраты.

Поэтому, когда нам говорят, что мы чуть ли не саботируем выполнение статьи VI ДНЯО, это обескураживает и представляется как минимум нечестным и беспардонным. Мы с такими оценками согласиться категорически не можем. В том, что касается России, обязательства выполняются.

И здесь еще важно разобраться, о каких обязательствах идет речь. В рамках пропагандисткой кампании по обеспечению антиядерного настроя на международной арене наши оппоненты стремятся создать впечатление, будто бы статья VI ДНЯО — это статья о полном и всеобщем ядерном разоружении. Такая трактовка не соответствует действительности. Достаточно взглянуть на текст статьи VI. Он гласит, я зачитаю: «Каждый участник настоящего договора обязуется в духе доброй воли вести переговоры об эффективных мерах по прекращению гонки ядерных вооружений в ближайшем будущем и ядерному разоружению, а также о Договоре о всеобщем и полном разоружении под строгим и эффективным международным контролем».

Давайте посмотрим. Гонка ядерных вооружений не только прекращена, как предусматривается статьей VI, но и обращена вспять. И у нас, и у американцев количество ядерных вооружений находится на уровне конца 50-х—начала 60-х годов. То есть на уровне, который существовал еще до заключения договора о нераспространении. Этот элемент статьи VI выполнен.

Что касается проведения переговоров в духе доброй воли, то мы с американцами такие переговоры провели, и не раз. Свидетельство тому — и ДРСМД, и ДСНВ. Сделано-то очень много и действительно в духе доброй воли, и меры эффективные. Договоренности реальные, не декларативные. И они либо выполнены, либо выполняются.

Но в упомянутой статье ДНЯО нет ни слова о полном уничтожении ядерных арсеналов. Это уже домысел, довольно вольная интерпретация, причем противоречащая предпоследнему пункту преамбулы ДНЯО, где четко сказано, что полная ликвидация ядерных арсеналов должна произойти в соответствии с договором о всеобщем и полном разоружении. Вспоминать об этом, равно как и своем обязательстве вести переговоры о всеобщем и полном разоружении сторонники немедленного построения безъядерного мира не любят. Фактически вторая часть статьи предана полному забвению.

Смотрите так же:  Приказ мвд рк 644

— Всеобщее и полное разоружение?

— Да, именно так, наряду с ядерным разоружением и в увязке с ним сформулирована соответствующая задача в ДНЯО. И прежде чем критиковать ядерные державы за якобы невыполнение договорных обязательств, хотя такое обвинение противоречит объективным фактам, нашим оппонентам неплохо было бы подумать об имплементации их собственных обязательств. Но вместо этого во всех регионах идет наращивание обычных вооружений и их модернизация.

Россию и Америку призвали не допустить попадания оружия массового уничтожения в руки исламских радикалов

Добавлю к этому, что сокращение ядерных арсеналов происходит не в вакууме, а в условиях современного мира, который очень далек от совершенства. Он становится все более турбулентным, конфликтным и непредсказуемым. Поэтому мы призываем подходить к задаче ядерного разоружения более трезво и реалистично. Себе в ущерб разоружаться никто не будет. В нынешних условиях ставить вопрос о полном отказе от ядерных арсеналов — несерьезно и даже безответственно. Ядерное оружие объективно является одной из скреп международной безопасности. Это может кому-то не нравиться, но такова реальность. В первой половине XX века прошли две мировые войны. С 1945 года ни одной мировой войны не было. Все конфликты, пусть даже самые кровопролитные, были все-таки локальными, а не планетарными. Думаю, что здесь сыграли роль многие факторы, включая создание ООН, которая, как бы ее подчас ни критиковали, выполняет важнейшую функцию поддержания международного мира и безопасности. Но и ядерное оружие, несомненно, стало одним из факторов, который помог избежать новой мировой войны. И если в одночасье эту скрепу выдернуть, отказаться от ядерного оружия, то боюсь, что вся конструкция международной безопасности как минимум сильно пошатнется с непредсказуемыми последствиями.

— Можно ли по-прежнему говорить о том, что ядерное оружие является сдерживающей силой, если есть Северная Корея и другие примеры его распространения, а также риск аварий и террористических актов? Не проще было бы совсем отказаться от этого вида вооружений?

— Частично я уже ответил на этот вопрос. Добавлю только для полноты картины, что ядерное оружие предназначено по большому счету не для применения, а для сдерживания, и с этой своей ролью оно на протяжении многих десятилетий справляется вполне успешно.

Что же касается аварий и терактов, то это самостоятельные темы, которыми надо заниматься отдельно, не сваливая все в одну кучу. На практике так и происходит. Достаточно вспомнить, например, Глобальную инициативу по борьбе с актами ядерного терроризма, в которой Россия и США сопредседательствуют вот уже 12-й год, и масштабную работу в МАГАТЭ в области физической ядерной безопасности.

В отношении же заключительной части вашего вопроса скажу кратко: нет, отказаться сейчас от ядерного оружия не проще. Причем не только для России и четырех других официальных ядерных держав, но и, как мы видим, для стран, владеющих ядерным оружием де-факто. Характерный пример — Северная Корея.

Мы однозначно осуждаем избранную Пхеньяном линию поведения, но надо отдавать себе отчет в том, что в отсутствие по-настоящему надежных международно-правовых гарантий своей национальной безопасности КНДР делает ставку на ракетно-ядерные вооружения, рассматривая их прежде всего как средство сдерживания. Многие западные страны этого, похоже, не понимают или не хотят понимать. Как, кстати, не понимают и того, что те трудности, с которыми международное сообщество сталкивается в случае с КНДР, явились во многом следствием их собственной политики в отношении Ливии перед свержением Муаммара Каддафи, которая нанесла серьезный ущерб усилиям по укреплению глобального режима нераспространения оружия массового уничтожения.

Говорю об этом, разумеется, не для того, чтобы оправдать ядерные амбиции Пхеньяна, а для того, чтобы показать всю сложность складывающейся ситуации. Для выхода из нее КНДР должна согласиться на денуклеаризацию, а взамен получить убедительные и эффективные гарантии безопасности.

— Некоторые эксперты призывают признать Северную Корею ядерной державой, раз уж она обрела такое оружие. Россия на это готова пойти?

— Нет. Мы выступаем за полную универсализацию Договора о нераспространении ядерного оружия путем присоединения к нему тех трех стран, которые все еще остаются за его рамками,— это Израиль, Индия, Пакистан. Причем, подчеркну, речь идет о присоединении в качестве неядерных государств. В ДНЯО четко прописано, что ядерными державами являются только те страны, которые произвели и взорвали ядерное оружие или другое ядерное взрывное устройство до 1 января 1967 года. Таковых пять — Россия, США, Франция, Англия и Китай, имеющие статус официальных ядерных держав. Расширение этого списка противоречило бы ДНЯО и было бы чревато серьезным подрывом режима ядерного нераспространения. Многие участники ДНЯО и за странами «пятерки» особый статус признают «со скрипом», говоря о дискриминации. Если для кого-то еще будет сделано исключение, то, боюсь, договор этого не переживет. Так что по всей совокупности обстоятельств признавать КНДР ядерной державой мы точно не станем.

— Не получается в таком случае, что ДНЯО носит дискриминационный характер?

— Никто никого не заставлял присоединяться к ДНЯО, это был осознанный выбор каждой из почти 190 стран, которые ратифицировали договор, хорошо зная его содержание. Повторяю, это было их добровольное и ответственное решение. Так что говорить задним числом о дискриминации как-то несолидно.

— А каков в ДНЯО статус Северной Кореи? Она то ли вышла, то ли нет.

— Мы продолжаем считать ее участником ДНЯО, поскольку Пхеньян объявил о выходе с нарушением предусмотренных в договоре процедур.

— Некоторые страны-союзники РФ поддержали Договор о запрещении ядерного оружия. Например, Казахстан. Получается, что Россия, в отличие от США, не стала давить на своих партнеров, чтобы те не присоединялись к договору?

— Ну, в принципе для российской внешней политики более характерен метод убеждения, а не метод давления.

Среди тех государств, которые инициировали разработку Договора о запрещении ядерного оружия, очень много наших хороших друзей, не только Казахстан, там и Южно-Африканская Республика, Бразилия, Куба, Египет — это наши близкие партнеры, с которыми мы поддерживаем тесные отношения. Причем вышеперечисленные страны были не просто участниками, а «закоперщиками» переговоров. Такова реальность.

Пхеньян предположительно добился успехов в разработке атомной боеголовки

Что касается конкретно Казахстана, то он давно позиционирует себя в качестве глобального лидера ядерного нераспространения и ядерного разоружения. Это принципиальная установка Астаны. У нас по ядерным вопросам есть расхождения, они видны невооруженным глазом при сравнении результатов голосования наших стран по резолюциям Генассамблеи ООН, но это не мешает нам оставаться союзниками и друзьями. Мы поддерживаем с казахстанскими коллегами регулярный диалог по этой теме.

— Уточняющий вопрос, отвечая на вопрос об эффективном или неэффективном процессе разоружения, вы упоминали два ключевых соглашения — ДРСМД и ДСНВ. Эксперты сейчас предупреждают, что первый трещит по швам, а продление второго под вопросом. Готовятся ли с российской стороны какие-то инициативы по спасению ДРСМД и продлению ДСНВ?

— Ситуация с ДРСМД действительно неприятная и, я бы сказал, ненормальная. Мы — за то, чтобы найти способ ее урегулировать. Для этого нужен диалог. Пока его нет.

Состоялось несколько встреч — еще при (экс-президенте США.— “Ъ”) Бараке Обаме. В частности, в ноябре прошлого года прошло заседание Специальной контрольной комиссии по ДРСМД с участием других участников договора (Белоруссии, Казахстана и Украины). После этого предметного разговора не было.

Однако продолжается мегафонная дипломатия, в которой звучат голословные американские обвинения в наш адрес. Но это не способ урегулирования проблем, как не являются средством урегулирования санкционные меры, о которых ведут речь на Капитолийском холме. Нет, нужно садиться за стол переговоров и договариваться. У нас к американцам тоже есть серьезные претензии, и удовлетворительных ответов на эти претензии они не дали. Наша позиция их тоже не удовлетворяет, но опять-таки единственный путь к разрешению противоречий это садиться за стол и вместе смотреть, что можно сделать. Мы — за это. Исходим из того, что договор этот действительно важный и что он отвечает нашим интересам.

К сожалению, сейчас говорить на эту тему в Госдепартаменте не с кем. Прежние высокопоставленные сотрудники почти поголовно уволены, новые еще не назначены. Но когда внешнеполитическое ведомство США вернется в дееспособное состояние, то мы наверняка займемся этим делом и, надеюсь, найдем общий язык в конечном счете.

Что касается ДСНВ, то к 5 февраля 2018 года мы должны выйти на контрольные показатели по носителям и боезарядам, над этим еще предстоит серьезно работать. В принципе ДСНВ, действующий до 2021 года, предусматривает возможность пятилетнего продления. У нас решения на этот счет однозначного не принято, но мы готовы рассматривать такую возможность, по крайней мере обсуждать ее с американцами. Однако к нынешней ситуации применимо американское выражение «танго танцуют двое». Для начала разговора важно знать, что и Вашингтон допускает возможность пятилетнего продления. Пока этого мы не наблюдаем. Впрочем, время еще есть, поскольку договор будет оставаться в силе еще три с лишним года.

Другие публикации:

  • Приказ минобрнауки россии от 16082019 968 Приказ Министерства образования и науки Российской Федерации от 17.11.2017 г. № 1138 "О внесении изменений в Порядок проведения государственной итоговой аттестации по образовательным программам среднего профессионального образования, утвержденный приказом […]
  • Детское пособие после 15 лет сколько Ежемесячные пособия на ребенка после трех лет Порядок начисления и ежемесячной выплаты пособий на ребенка старше 3-х лет определяется требованиями ст. 16 Федерального закона от 19 мая 1995 года № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей». […]
  • Федеральный закон о прокуратуре российской федерации от 170192 Правовые основы Федеральный закон №2201-1 от 17.01.1992 г. «О прокуратуре Российской Федерации» (в ред.от 22.08.2004 действующая редакция) Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации" от 17 января 1992 г. №2202-I (с изменениями от 17 ноября 1995 […]
  • Государственная пошлина это обязательный платеж За что уплачивается государственная пошлина? Государственная пошлина - это обязательный платеж за действия, совершаемые арбитражным судом по рассмотрению, разрешению, пересмотру арбитражных дел, а также за выдачу документов. Государственной пошлиной […]
  • Приказ 666 казахстан Законодательство 29 августа 2017 Приказ МЗ РК № 666 от 29 августа 2017 года Приказ Министра здравоохранения РК №666 от 29 августа 2017 года Зарегистрирован в Министерстве юстиции Республики Казахстан 19 сентября 2017 года № 15724 Об утверждении Перечня […]
  • Приказ комитета здравоохранения правительства москвы n 340 Приказ Комитета здравоохранения Правительства Москвы от 4 августа 2000 г. N 340 "Об ассортиментном перечне лекарственных средств и медицинских изделий, обязательном для аптечных учреждений всех форм собственности" Приказ Комитета здравоохранения […]

Вам также может понравиться